В фильмах люди проходят сквозь стены, словно призраки — вспомните Вижена из «Мстителей» или Гарри Поттера, пробегающего через платформу 9¾. Это выглядит легко. Но в реальности такая попытка закончится разве что синяком на носу и множеством вопросов.
Один из них, например: почему же мы не можем проходить сквозь стены? Ведь атомы, из которых состоит вся материя, почти полностью пустые. Крошечное ядро — примерно в 100 000 раз меньше всего атома — находится в центре, а электроны «обитают» на значительном расстоянии. Так почему же твёрдые предметы ощущаются настолько … твёрдыми?

Существует два основных физических принципа, которые делают невозможным прохождение сквозь твёрдую материю: электростатическое отталкивание и принцип запрета Паули, рассказали эксперты Live Science.
Классически атом состоит из ядра (протоны и нейтроны) и электронов, вращающихся вокруг него. Протоны заряжены положительно, электроны — отрицательно, и они притягиваются, удерживая атом в целостности.
Но в квантовой механике электрон не движется по аккуратной орбите. Вместо этого он формирует некое «облако» — размытый участок пространства, где его можно обнаружить с наибольшей вероятностью. Это и есть «облако вероятности», объяснил Раим Хашмани (Raheem Hashmani), аспирант физики в Висконсинском университете в Мэдисоне. Само облако не перемещается, оно просто отображает зоны, где электрон скорее всего находится.
Это облако делает внешнюю область атома отрицательно заряженной.
«Если я попытаюсь пройти сквозь стену, атомы моего тела „увидят“ атомы в стене и начнут их отталкивать», — сказал Стивен Ролстон (Steven Rolston), физик из Мэрилендского университета.
Такое явление называется электромагнитным отталкиванием — похоже на то, как два одинаково заряженных полюса магнитов не дают соединиться. При попытке пройти через стену электроны взаимодействуют через электромагнитные волны. Именно эти силы не позволяют атомам перекрываться и делают материю твёрдой.
Но что произойдёт, если атомы приблизить ещё сильнее?
Здесь вступает в действие принцип запрета Паули. Он утверждает, что определённые частицы — фермионы — не могут находиться в одном и том же энергетическом состоянии или в одной точке пространства одновременно. Электроны являются фермионами, поэтому этот принцип применим и к ним.
«Когда электронные облака начинают сближаться, они перекрываются, что означает, что два электрона могут оказаться в одной области пространства, — объяснил Хашмани. — По принципу Паули это запрещено.»

Оба принципа — запрет Паули и электромагнитное отталкивание — не позволяют атомам занимать одно и то же пространство. Без них твёрдая материя в привычном нам виде не смогла бы сохранять форму. В жидкостях и газах атомы движутся свободнее, но законы остаются теми же: они лишь препятствуют перекрытию атомов, а не их движению.
Тем не менее, даже если пройти сквозь предмет почти невозможно, квантовая механика всегда оставляет любопытный вариант: в теории, крошечный шанс существует.
Дело в том, что частицы, например электроны, не ведут себя как маленькие твёрдые шарики. Они проявляют свойства волн, и эти волны иногда могут «просачиваться» сквозь барьеры.
Допустим, волна частицы ударяется о стену — барьер, через который у неё нет энергии пройти. В классической механике она просто отразится. Но в квантовой механике волна не обрывается мгновенно, объяснил Хашмани. Она начинает экспоненциально затухать, проникая в барьер. Если стена достаточно тонкая, часть волны может проявиться по другую сторону. А так как волна описывает вероятность нахождения частицы, существует микроскопическая вероятность, что частица окажется по ту сторону. Это явление называется квантовым туннелированием.
Однако вероятность того, что целый человек сможет пройти сквозь стену, «составляет примерно 1 к 10 в степени 10 в степени 30», сказал Хашмани. «Если вбить это число в калькулятор, результат будет равен нулю. Ни один калькулятор на планете не выдаст что-то отличное от нуля. Настолько ничтожно мала эта вероятность».
Ролстон с этим тоже согласен:
«Это максимально близко к нулю, но всё же не ноль, — отметил он. — Шанс настолько микроскопический, что я уверен: это не произойдёт даже за всю историю Вселенной.»


