Трудно найти удовольствие более простое и одновременно более глубокое, чем стоять у костра: разглядывать его переливы и формы, чувствовать тепло на коже, слушать треск и гул пламени и вдыхать странно уютный запах дыма.
Это удовольствие почти универсально для всего человечества. В самых разных культурах мира вы найдете совсем немного людей, которым не становится тепло и спокойно на душе, когда они собираются у костра в приятной компании.
На первый взгляд наша любовь к огню кажется очевидной: огонь — это тепло и, в идеале, еда. Однако если копнуть глубже, становится ясно, что эта связь гораздо сложнее и выходит далеко за рамки простого удовлетворения базовых инстинктов.

Огонь, я хочу понять тебя
Кристофер Д. Линн (Christopher D. Lynn) — профессор антропологии Университета Алабамы — детально изучает биокультурные отношения между человеком и костром. В 2014 году он возглавил исследование, целью которого было выяснить, способен ли огонь очага или костра вызывать физиологическое расслабление. Вопрос кажется очевидным, но на тот момент это была одна из первых попыток научно проверить подобный эффект.
«Я провел это исследование, чтобы получить эмпирические данные — то, на что люди могли бы ссылаться, когда говорят, что огонь расслабляет», — объяснял Линн в интервью IFLScience.
«Я часто шучу, что моя специализация — подтверждать научными данными то, что все и так давно знают», — добавлял он.
Результаты оказались вполне ожидаемыми: у людей, наблюдавших за приятным костром и слушавших его естественные звуки, значительно снижалось артериальное давление. Это указывало на явный расслабляющий эффект.
Однако эксперимент выявил и более тонкие детали. Когда участники смотрели на пламя без звука, эффект расслабления заметно ослабевал. Это говорит о том, что шум костра — треск и потрескивание — играет важную роль в создании полного погружения.
Любопытно и то, что люди с выраженными просоциальными чертами личности — склонностью к сотрудничеству и общению — испытывали еще более сильный расслабляющий эффект. Для Линна это стало дополнительным подтверждением того, что наша привязанность к огню имеет ярко выраженную социальную природу.
Зажги мой огонь
Некоторые ученые предполагают, что Homo erectus — вымерший, но долгоживущий родственник Homo sapiens — мог контролировать огонь уже около миллиона лет назад. На это указывают микроскопические следы древесной золы, найденные в пещере Вондерверк в Южной Африке. Более осторожные оценки говорят о 700 тысячах лет, а самые свежие данные относят первые свидетельства сознательного разведения огня примерно к 400 тысячам лет назад.
Как бы то ни было, все это произошло задолго до появления нашего вида — Homo sapiens, который сформировался около 200-300 тысяч лет назад.
Период последних 800 тысяч — 200 тысяч лет был ключевым этапом в эволюции рода Homo. В это время мозг гоминид быстро увеличивался, открывая путь к более сложному поведению. Некоторые ученые считают, что неслучайно именно в этот период человек начал приручать огонь.
«Контроль над огнем предполагает наличие коммуникации. Это значит, что развивается язык, формируется префронтальная кора, отвечающая за исполнительные функции, кратковременную и долговременную память», — отмечает Линн.
«Это довольно сложная технология, с которой один человек в одиночку не справился бы», — добавляет он.
Увеличившийся мозг позволил человеку подчинить себе огонь, а сам огонь, в свою очередь, раскрыл новые возможности. Приготовление пищи сделало ее мягче и легче для усвоения, обеспечив организм дополнительными калориями и питательными веществами для растущего мозга. Одновременно огонь «продлил» день, дав людям больше времени для общения и обмена идеями.
«Мы пытаемся понять, влияет ли огонь на просоциальность — объединяет ли он людей, успокаивает ли их и создает ли условия для обмена мыслями», — объясняет Линн.
«Если вечером вы сидите у костра, а вокруг темно, очень сложно просто уйти и заняться чем-то своим. У них ведь не было смартфонов. Люди скорее оставались в освещенном общем пространстве и продолжали дневные занятия — будь то обработка камня, изготовление посуды или что-то еще», — продолжает он.
«Так день продлевается в момент, когда циркадные ритмы уже начинают успокаиваться.»
В этом смысле огонь можно рассматривать как катализатор, который сделал нас по-настоящему социальными существами. Совместное сидение у костра расслабляло, способствовало укреплению связей и буквально расширяло горизонты мышления.
Некоторые исследователи пошли еще дальше. Социолог Джеймс Маккленон (James McClenon) выдвинул гипотезу, что Homo erectus мог входить в измененные состояния сознания под гипнотическим воздействием пламени. Возможно, именно здесь лежат истоки шаманизма, духовности и религии — мощных сил, сделавших человеческие сообщества более сплоченными.
Линн считает эту идею заманчивой, хотя и полагает, что она объясняет лишь часть картины.
«Я не полный скептик… Думаю, это часть мозаики поведения. Развивается не только религия, но и социальная жизнь, язык, сотрудничество. Это красивая история, которая привлекает внимание, но, на мой взгляд, все гораздо сложнее», — отмечает он.
Позволь мне постоять возле твоего огня
В современном мире немногие могут похвастаться тем, что завершают день в кругу близких, любуясь живым пламенем. Однако можно сказать, что технологии предложили альтернативу — телевидение.
Телевизор часто критикуют как антисоциальное и вредное занятие, якобы разрушающее мозг и превращающее людей в пассивных зрителей. Конечно, многочасовой просмотр сериалов вряд ли улучшит самочувствие. Но, возможно, мы слишком недооценили просоциальный потенциал ТВ.
Как и костер, совместный просмотр телевизора включает в себя рассказывание историй, визуальное погружение и время, проведенное с близкими.
«Я все чаще думаю об огне как об аналоге телевидения: мерцающий свет, звук. Дело не столько в самом огне, сколько в уровне погружения. А поскольку зрение — наш главный орган чувств, его легче всего захватить», — размышляет Линн.
Однако и этот ритуал постепенно исчезает. Совместный просмотр передач уступает место социальным сетям и персонализированным стриминговым сервисам.
Социальные сети создают иллюзию общения и принадлежности. Наш мозг легко обманывается этим фасадом, награждая нас порцией серотонина при каждом взгляде на экран смартфона. Но такое взаимодействие не утоляет настоящую жажду общения и лишено успокаивающей эстетики живого огня. Более того, исследования показывают, что соцсети нередко усиливают чувство одиночества и оторванности от реальности.
Если просмотр фильма на диване с друзьями или семьей — это современный аналог древнего костра, то бесконечный думскроллинг в одиночестве можно сравнить с «втыканием» на пластиковую зажигалку… одному.


