Yandex Metrika
0
3 репоста

Одной мощной вспышкой над пустыней Нью-Мексико Джулиус Роберт Оппенгеймер (Julius Robert Oppenheimer) — директор Манхэттенского проекта по созданию первой в мире атомной бомбы — стал самым известным учёным своего поколения.

Пронзительный свет, потускневший, чтобы показать ужасный огненный шар, растущий в небе над испытательным полигоном в Лос-Аламосе в июле 1945 года, возвестил о наступлении атомного века. Физик, эрудит и мистик, Оппенгеймер вспоминал, как приветствовал грибовидное облако строкой из индуистского писания «Бхагавадгита», которую он сам научился читать на санскрите: «Я — смерть, разрушитель миров».

Кем был Джулиус Роберт Оппенгеймер?
Джулиус Роберт Оппенгеймер с курильной трубкой. Изображение: Getty

Создание атомных бомб и последующее разрушение ими японских городов Хиросимы и Нагасаки положили конец Второй мировой войне, начав новую эру, которая превратила Оппенгеймера в историческую икону. Однако раскаяние учёного за то, что он построил, и его противодействие дальнейшему развитию привели его к конфликту с американскими военными, а правительство, из-за его симпатий к коммунистам, аннулировало его допуск к секретной информации. В конце концов Оппенгеймер умер сломленным человеком.

В преддверии выхода (21 июля в американском прокате) биографического фильма Кристофера Нолана (Christopher Nolan) «Оппенгеймер» ресурс Live Science встретился с историком Каем Бёрдом (Kai Bird), биографом Оппенгеймера и соавтором книги «Американский Прометей: триумф и трагедия Дж. Роберта Оппенгеймера» (Knopf, 2005), удостоенной Пулитцеровской премии, которая и вдохновила на создание кинокартины.

Вместе они обсудили взлёт и падение Оппенгеймера, разработку им бомбы и то, как он навсегда изменил историю человечества.

Кем был Джулиус Роберт Оппенгеймер?
На ядерном полигоне недалеко от Аламогордо, штат Нью-Мексико, учёные-атомщики измеряют радиоактивность частиц обожженного песка через 2 месяца после взрыва, когда корреспонденты впервые увидели последствия взрыва. Стоят слева направо: доктор Кеннет.Т. Бейнбридж (Гарвардский университет); Джозеф Г. Хоффман (Буффало, Нью-Йорк); доктор Дж. Р. Оппенгеймер, директор Лос-Аламосского проекта создания атомной бомбы; доктор Л. Хемпельман (Вашингтонский университет в Сент-Луисе); Доктор Р.Ф. Бачер (Корнельский университет); Доктор В.В. Вайскопф (Университет Рочестера); и доктор Ричард В. Додсон (Калифорния). Местонахождение: недалеко от Аламогордо, Нью-Мексико. Изображение: Bettmann/Contributor via Getty Images

Live Science: «Проект Манхэттен» был грандиозным предприятием. Тысячи учёных работали неустанно на протяжении всей войны, при этом был потрачен эквивалент современных $24 миллиардов, прежде чем он был завершён. Насколько важной была роль Оппенгеймера в создании атомной бомбы? Каковы были его мотивы для её создания?

Бёрд: Ну, он стал директором научной лаборатории «Проект Манхэттен», и это была его идея создать главную лабораторию и создать бомбу в Лос-Аламосе. Он создал это устройство за два с половиной года, и все, кто работал над ним, у кого мы брали интервью, говорили, что этого бы никогда не случилось, если бы Оппенгеймер не был директором. Он вдохновлял людей усердно работать и своевременно решать все различные инженерные проблемы, связанные с созданием бомбы.

Что касается его мотивации, то она была вполне ясна. В молодости он изучал в Германии квантовую физику под руководством Макса Борна (Max Born). Находясь там, он посещал лекции [Вернера] Гейзенберга (Werner Heisenberg) — известного немецкого теоретика принципа неопределенности в квантовой механике. Оппенгеймер знал, что Гейзенберг и другие немецкие учёные были способны так же, как и он, понять физику атомной бомбы и потенциал оружия массового уничтожения. Он опасался того, что к 1942 году немцы, вероятно, опережали остальных на 18 месяцев в гонке по созданию этого оружия.

Политически он был человеком левых взглядов. Он боялся фашизма и опасался, что немецкие учёные передадут это оружие массового уничтожения Гитлеру (Hitler), который воспользуется им, чтобы выиграть войну. Это был его самый страшный кошмар.

Live Science: Однако к тому времени, когда они создали и успешно испытали бомбу, его мотивы стали неясными. Вы пишете, что он озабоченно попыхивал трубкой, неоднократно называя жителей Хиросимы «этими бедными маленькими людьми». Однако на той же неделе он давал военным точные инструкции о том, как заставить бомбу взорваться над ними с максимальной эффективностью.

Бёрд: Я рад, что вы обратили на это внимание. Это действительно проницательная история, которая даёт вам представление о человеке, его сложности и его двойственном отношении к тому, что он делал.

К весне 1945 года все учёные из Лос-Аламоса, усердно работавшие над созданием этого устройства, знали, что война в Европе закончилась. Так зачем же они его разрабатывали? На самом деле у них была встреча, чтобы обсудить этот сложный политический вопрос. Оппенгеймер присутствовал — он стоял в задней части комнаты, слушал аргументы, а затем выступил вперёд, чтобы процитировать Нильса Бора (Niels Bohr).

Бор прибыл в Лос-Аламос в последний день 1943 года. Он приветствовал Оппенгеймера словами: «Роберт, оно действительно достаточно большое?». Он хотел знать, будет ли это устройство достаточно большим, чтобы положить конец войне.

Оппенгеймер представил эту аргументацию своим сомневающимся учёным в Лос-Аламосе. Он сказал им, что данное оружие теперь известно, физика его работы не является секретом, и мощь и ужас этого оружия должны быть продемонстрированы в этой войне. Иначе, следующая война будет вестись странами, вооружёнными ядерным оружием, и она закончится Армагеддоном. Это был аргумент, интересный и одновременно не лишённый рационализма.

Кем был Джулиус Роберт Оппенгеймер?
Дж. Роберт Оппенгеймер пишет уравнения на доске. Изображение: Photo by ullstein bild Dtl. via Getty Images

Live Science: После войны Оппенгеймер стал самым ярым критиком ядерного оружия, противостоя попыткам создать более мощную водородную бомбу и называя планы ВВС по массированным стратегическим бомбардировкам с применением ядерного оружия геноцидом. Что вызвало такой разворот, и как отреагировали на это военные и разведывательные учреждения?

Бёрд: Это и привело к его падению. Потому что вскоре после Хиросимы мы знаем из писем, которые Китти (Kitty), его жена, писала друзьям, что Оппенгеймер погрузился в период глубокой депрессии; он стал чрезвычайно угрюмым.

Затем он вернулся в Вашингтон и узнал больше о том, насколько близки были японцы к капитуляции в сентябре 1945 года. Он также узнал больше о настроении людей в Вашингтоне и администрации Трумэна по отношению к этому новому оружию, — они хотели создать больше подобного оружия и сделать национальную безопасность США полностью зависимой от огромного арсенала этого оружия.

Оппенгеймер считал это ошибкой. Ещё в октябре 1945 года он выступил с публичной речью в Филадельфии, в которой сказал, что это оружие было оружием агрессоров, оно является оружием террора и оно совсем не для обороны, отчего США должны найти способ создать международный механизм контроля для предотвращения его распространения.

Он выступал против идеи, что мы должны полагаться на это оружие для нашей защиты. И это было прямой угрозой Военному министерству, армии, флоту и военно-воздушным силам, ведь каждое из этих подразделений хотело увеличить свой бюджет для приобретения большего количества данного оружия.

Так Оппенгеймер стал угрозой. И именно это привело в конце 1953 года к первым шагам по лишению его допуска к секретным материалам, преданию его несправедливому суду и публичному унижению.

Кем был Джулиус Роберт Оппенгеймер?
Альберт Эйнштейн у доски. Изображение: NASA

Live Science: Некоторые люди, которые знали Оппенгеймера, считали, что он, по словам его коллеги-физика и друга Исидора Раби (Isidor Rabi), «никогда не был цельной личностью». А Эйнштейн (Einstein) называл его словом на идиш, которое звучит как «nar» (рус.: «нар»): дурак. Что они имели в виду, произнося эти замечания?

Бёрд: Оппенгеймер был эрудитом и в некотором роде мистиком, и его привлекал индуистский мистицизм, который Раби считал признаком не совсем целостной личности. Но я действительно думаю, что Раби что-то заподозрил. И Эйнштейн тоже.

Перед судом в 1954 году Оппенгеймер навещал Эйнштейна, чтобы поведать о том, что он собирается отправиться в Вашингтон. Он говорил ему, что его не будет в Институте перспективных исследований в Принстоне (где Оппенгеймер занимал пост директора с 1947 по 1966 год) в течение нескольких недель, потому что он собирается предстать перед судом на слушании по вопросам безопасности.

Эйнштейн же, повернувшись к нему, проговорил что-то вроде: «Но, Роберт, почему ты беспокоишься, если им больше не нужен ни ты, ни твои советы? Ты мистер Атомный; просто уйди». На что Оппенгеймер ответил: «О, ты не понимаешь, Альберт. Мне нужно использовать свой статус и свою платформу, чтобы влиять на вашингтонских политиков и давать им свои советы. Они не понимают этой технологии, и мне нужно использовать всю мою известность во благо».

На самом деле, Оппенгеймер боролся против слушаний по вопросам безопасности потому, что он хотел быть игроком. Он хотел быть внутри системы. Он хотел проходить по коридорам власти в Вашингтоне и иметь встречи с президентом в Овальном кабинете. Всё это привлекало его, и ему было трудно отказаться от этого. Поэтому, при выходе Оппенгеймера из комнаты, Эйнштейн, обращаясь к своему секретарю, и сказал: «Вот идёт нар».

Да, с политической точки зрения он вёл себя глупо и наивно. Он понятия не имел, во что собирался ввязаться. Слушание по вопросам безопасности в Вашингтоне было полностью нацелено против него. Он нажил себе действительно могущественных политических врагов в Вашингтоне, и его собирались уничтожить. Эйнштейн был прав, назвав его «наром».

Кем был Джулиус Роберт Оппенгеймер?
Вид на атомный взрыв с воздуха. Изображение: Archive Holdings Inc. via Getty Images

Live Science: Наследие Оппенгеймера связано с ужасающим оружием, которое мы избегали использовать на войне снова. Допустим, мы перенесёмся примерно на 100 лет в будущее. Как вы думаете, каким его будут помнить люди?

Бёрд: Это зависит от того, что произойдёт и насколько хорошо мы будем уживаться с бомбой. Предположим, что в следующие годы или десятилетия случится ещё одна ядерная война. Оппенгеймера наравне с другими будут рассматривать как учёного, который тоже несёт за это ответственность.

Невероятным же в этом всём является то, что через 100 лет мы всё ещё будем о нём говорить. Люди всё больше и больше погружаются в науку и технологии. Сейчас мы уже начинаем бороться с искусственным интеллектом. Можно предположить, что мы обратимся к учёным и экспертам в области технологий, чтобы задать правильные вопросы о том, как интегрировать всю науку в нашу повседневную жизнь, не уничтожая человечество.

И тем не менее, у многих людей существует врождённое недоверие к учёным и экспертам. Я считаю, что корнем этого является публичное унижение Оппенгеймера в 1954 году. Это послало сигнал всем учёным: не выходите за пределы своих узких областей, не становитесь общественными интеллектуалами и не высказывайтесь по поводу политики или политиков.

Но, к сожалению, именно это нам и нужно. Нам нужно больше Оппенгеймеров, готовых говорить суровую правду о том, как интегрировать науку и сделать её такой, чтобы она была не разрушительной, а чуткой частью нашего человеческого существования.

Заметили ошибку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl + Enter

Следите за нашими новостями:


Понравилось? Поделитесь с друзьями!

✏️ Сообщить об ошибке

Вы заметили ошибку в следующем тексте: