Мы обожаем математические задачки-головоломки, и когда на этой неделе в сети появилась новая загадка по теории вероятностей, мы просто не смогли пройти мимо.

Вот условия. Теперь сама задача:
Есть догадки?
Если вы похожи на автора поста на Reddit, то, возможно, сказали: 50 процентов. Ведь условие говорит, что первым вы достали золотой шар — значит, у вас может быть только коробка A или коробка B. Один золотой шар уже убран, а дальше остаётся либо ещё один золотой (если это коробка A), либо серебряный (если это коробка B). Шансы вроде бы один к двум. Отсюда и ответ: 50 процентов.
Это довольно умное рассуждение, но оно не совсем верное. Почему? Всё сводится к условной вероятности — той самой, что делает задачу Монти Холла такой запутанной.
Для начала — хорошие новости: вы правильно исключили коробку C. Первый шар золотой, а значит, вы точно имеете дело не с ней. Что дальше?
А вот здесь и кроется ошибка предыдущего решения. Вместо того чтобы думать о том, что осталось внутри каждой коробки, нужно рассмотреть три возможных сценария — и да, именно три.
Суть в том, что вы не знаете, какая коробка у вас. Мы условно обозначили их буквами для удобства, но в задаче вы тянете случайно — содержимое для вас тайна. А значит, если вы достали золотой шар, в остатке может быть один из трёх вариантов: серебряный шар из коробки B, золотой шар из коробки A или второй золотой шар из коробки A.
Иными словами, вероятность достать серебро теперь — один из трёх случаев, то есть 33 процента. Неплохо, правда?
Эта задача очень похожа на так называемый «парадокс мальчика и девочки», или «задачу о двух детях»:
Опять же, напрашивается ответ 50 процентов — но на деле вероятность лишь одна из трёх, то есть 33 процента.

Если вы всё ещё ломаете голову над этими головоломками, не переживайте — даже великие математики порой спотыкались на условной вероятности.
«Я рассказал задачу [Монти Холла] покойному Паулю Эрдёшу (Paul Erdős), одному из самых известных математиков XX века, когда он был у меня дома в 1995 году, — вспоминал математик Андраш Вазоньи (Andrew Vazsonyi) в 1999-м. — В разговоре о применении теории вероятностей в принятии решений я упомянул задачу про коз и Кадиллак и дал ответ, думая, что мы просто перейдём к следующей теме.»
«Но, к моему удивлению, Эрдёш сказал: “Нет, это невозможно. Разницы быть не должно”.»
«Я упомянул Байеса и показал Эрдёшу дерево решений, которое использую на своих студенческих курсах. Я напомнил ему, что вероятность — не фиксированная величина, она меняется с появлением новой информации, — писал Вазоньи. — Но, к моему изумлению, это его не убедило. Он хотел простого и очевидного объяснения, без всяких деревьев решений.»
«На этом я сдался, — заключил он, — потому что у меня не было здравого объяснения.»


