В самой глубокой точке Балтийского моря была обнаружена обширная утечка метана, при этом массы пузырьков парникового газа поднимаются сквозь толщу воды гораздо выше, чем ожидали учёные.
Огромную утечку на глубине 1300 футов (400 метров) под поверхностью воды исследователи обнаружили во время экспедиции в Ландсортскую впадину — самое глубокое место Балтики — в августе. Площадь утечки метана в этом месте составляет примерно 7,7 квадратных миль (20 квадратных километров), что эквивалентно примерно 4 тыс. футбольных полей.

«По сути, на этих 20 квадратных километрах он бурлит повсюду», — рассказал Live Science Марсело Кетцер (Marcelo Ketzer), профессор наук об окружающей среде в Университете Линнея в Швеции и руководитель проекта.
На более мелководных прибрежных участках морского дна метан образуется в результате разложения органического вещества, в то время как на больших глубинах он имеет тенденцию рассеиваться путём диффузии — это означает, что пузырьки не нужны, — и большая часть рассеянного метана остаётся в самых глубоких слоях воды. Однако новая утечка не соответствует этой схеме.
«Обнаружив эту [утечку], мы поняли, что существует совершенно другой механизм доставки метана на дно Балтийского моря», — сказал Кетцер.
Команда также была ошеломлена, увидев то, как высоко поднимаются пузырьки метана в толще воды по направлению к поверхности моря. Обычно метан растворяется в воде, поэтому по мере подъёма пузырьков они уменьшаются в размерах, пока от них в конечном итоге вообще ничего не остаётся.
По словам Кетцера, максимальной высотой, на которую, как они ожидали, должны подниматься пузыри метана, было около 50 метров от дна океана. Однако в районе Ландсортской впадины команда экспертов наблюдала, как пузыри метана поднимались столбом на 1250 футов (380 м), исчезая всего в 20 метрах от поверхности.
«Так что это что-то совершенно новое», — сказал Кетцер.

Специалист считает, что это связано — по крайней мере частично — с более слабым, чем в среднем, микробиологическим фильтром, слоем бактерий, которые живут в отложениях и «съедают» до 90% метана, образующегося в результате разложения материала. В океане этот фильтр может иметь толщину несколько десятков сантиметров, но в Балтийском море его толщина составляет несколько сантиметров, отметил Кетцер.
По словам Кретцера, человеческая деятельность также изменяет способ работы этого фильтра.
Удобрения с суши, попадающие в море, способствуют цветению водорослей. Когда водоросли отмирают, они добавляют в отложения органические вещества. Бактерии, питающиеся метаном, также любят поедать этот материал, позволяя большему количеству метана выходить на поверхность. Кроме того, исследователи полагают, что утечка в Ландсортской впадине может быть вызвана большим количеством отложений, нанесённых туда придонными течениями.
«Мы не знаем, насколько мы ответственны за ослабление этого фильтра и пропускание большего количества метана, но это то, что мы хотели бы изучить», — сказал Кетцер.
Кроме того, вода на дне Балтики содержит высокий уровень метана, поэтому для растворения пузырькам, возможно, приходится подниматься выше в толще воды — хотя это не полностью объясняет, как они подходят так близко к поверхности.
Команда Кетцера готовит вторую экспедицию в Ландсортскую впадину, чтобы выяснить, удаётся ли подняться каким-либо пузырькам на поверхность и выделяют ли они метан в атмосферу.
Подобные утечки метана являются потенциально важными источниками парниковых газов, которые учёным необходимо учитывать. По оценкам Кетцера, в Балтийском море может существовать полдюжины других глубоководных месторождений метана.
«Мы продолжаем находить новые места, где происходит просачивание, — рассказала Live Science по электронной почте Анна Мишель (Anna Michel), научный сотрудник Океанографического института Вудс-Хоул, которая не участвовала в проекте. — Будет интересно посмотреть, выявит ли исследование других частей Балтийского моря дополнительные места утечки метана.»



